Бюро
Этот день у Антона Павловича не задался с самого утра.
Этот день у Антона Павловича не задался с самого утра.
Василий сидел на корточках под навесом дверного проёма, старательно пряча лицо от дождя.
Хотите, верьте вы нам – а хотите, что и нет, да только уже не можем мы более мучиться и скрывать от вас историю ту недавнюю, с нами по воле жизни произошедшую, ибо чуется
– Существует легенда, – улыбнулся Старец, – о Божественном Острове, населённом поющими Ангелами, где, кажется, останавливается само время.
– Здравствуйте, люди! – улыбнулся Ангел.
– Ты вообще кто такой? – пробурчали они.
Живому Богу посвящается
Вы говорите, что Бога не существует. А я утверждаю вам, что его нет исключительно для вас.
Мы давно уже не те, кем были раньше. Наше прошлое сгорело в огне собственного преображения, дабы уступить место настоящему, ставшему мостом в будущее.
Шаг. И ещё. И ещё. В такие минуты каждое мгновение становится вечностью.
Десять ступеней до вершины эшафота. Девять. Восемь. Семь.
Сэр Гарольд ожидал своего решающего часа.
Прохор Озорнин